Валери Буго: „Европейское строительство является испытательной лабораторией, это первый шаг к интеграции того, что станет неизбежным в XXI веке, если никто всерьез не возразит против него, мирового правительства”

15:31, 20 decembrie 2017 | Actual | 512 vizualizări | Nu există niciun comentariu | Autor:

Выступление госпожи Валери Буго на конференции «Капитализм и его альтернативы в ХХI веке: к четвертой экономической теории», которая проходило в Кишинёве 15-16 декабря 2017 года.

 

Дамы и господа,

Для меня большая честь быть приглашённой  на второй коллоквиум в Кишиневе по экономическим вопросам. Анализ экономической проблемы будет тем более полезен, что вопрос будет рассматриваться под разными углами, что позволит лучше определить его контуры. Чтобы понять экономический вопрос, мне считается абсолютно необходимым проанализировать его в пространственно-временном контексте институционального характера. Никакая диссертация по экономическому вопросу не имеет смысла, и не будет обоснованной, если не предпринять попыток провести серьезный анализ ее институциональной эволюции во времени и пространстве.

Однако анализ институтов, дамы и господа, строго говоря, не входит в сферу компетенции исключительно экономистов, как это принято считать. Экспертиза институциональных рамок экономики входит также в компетенцию юристов. Поэтому в этом коллоквиуме, посвящённый экономическим вопросам, я выступаю в качестве юриста. И в этом же качестве я проведу анализ и попытаюсь внести незаменимый вклад в денежно-кредитную и финансовую сферу.

В предварительном порядке представляется целесообразным пересчитать цикл кишиневских конференций в его международном институциональном контексте. Этот симпозиум соответствует принятой в Филадельфии декларации от 10 мая 1944, которая, в случае ее применения, выступала бы против как абсолютной свободы международной торговли, проводимой многонациональными, так и создания системы Объединенный Международный валютный фонд. Это огромная история…

Я начала юридический и институциональный анализ экономической проблемы во время моей дипломной работы, посвященной функционированию коммерческих предприятий в целом. Позже мой опыт работы в качестве юриста в области международного налогообложения и, в частности, трансфертного ценообразования привел к переориентации границ и рамок моих выводов. Мой анализ экономической сферы, первоначально юридический и институциональный, постепенно приобрёл политический и геополитический характер. Потому что любой институциональный анализ естественным образом переплетается с политическим и геополитическим аспектом. Сегодня экономика, как наука сама по себе, в силу значительного влияния на повседневную жизнь людей,  должна считаться полноправным предметом политического и геополитического учения . В нынешнем контексте бесконечного кризиса, если и есть некие попытки его разрешения, но нет конкретных решений для выхода из этого тупика.  Нужно все же понимать, что проблема, которая не находит решения, является плохо сформулированной проблемой. На мой взгляд, экономическая проблема –  особенно плохо поставлена. Чтобы убедить вас в этом, я поделюсь с вами моими выводами, что мой подход, который, по мнению некоторых, будет «иконоборцем»,  является правовым, институциональным, политическим и геополитическим. Термин «иконоборчество», применяемый в контексте временной власти, а не в контексте духовной власти, не должен пугать. Действительно, совершенно необходимо противостоять традиции, даже когда ей несколько сотен лет, если она ведет человечество к его потере; и именно в этом направлении мы работаем коллективно. Бывают времена, которые должны быть политически «иконоборческими», и мы по праву находимся в основе такой эпохи. Практикуя политический и геополитический подход экономики, я обнаружила ряд элементов, которые сами по себе обозначают концептуальный способ выхода из нынешнего экономико-денежного тупика. Тупик, который процветает во всем мире,  который ведет нас напрямую к уничтожению народов и построению мирового правительства во главе с основными держателями капитала планеты.

Это небольшое введение, которое необходимо для понимания предмета, приводит меня к тому, что академические круги никогда не рассматривают экономику в соответствии с этим институциональным, политическим и геополитическим подходом, который тем не менее является решающим. С академической точки зрения экономисты практикуют экономику, а юристы обрамляют экономику нормативами, не ставя под сомнение актуальность структуры. Юристы теперь ограничены второстепенной ролью внедрения и улучшение экономических правил. Слишком долго они отрекаются от своей политической функции в динамичном подходе и критическом взгляде к законодательству. При этом юристы стали бесполезными, простые паразиты, питающие экономико-политическую систему, как ньютоновскую, которая все больше и больше скрывает человечество от солнца, необходимого для его выживания. Этот неудачный наклон возник из-за влияния чистой теории права Ганса Кельсена; на этой основе практикующие юристы стали структурно неспособными оценить цель закона, и только правовые методы остаются для них доступными.

Чтобы вернуться к сути экономического вопроса и возможных альтернатив, мы должны прежде всего понять, что силы, действующие в мире, в котором мы живем, на протяжении веков организовывали общее институциональное господство экономической власти над политической. Это господство вскоре сможет найти логичное завершение в виде появления мирового правительства под названием «Новый мировой порядок», поддерживаемое его  последователями. На самом деле этот Новый порядок не является чем-то новым, это следственный результат постоянного социального возвышения торгово-банковского порядка, который сегодня имеет ранг политической власти. Этот порядок торговцев-банкиров, которые могут быть примерно прослежены до времени Великих Открытий, из-за значительного обогащения, которым они могли наслаждаться, теперь достигли точки всемирной власти монополистического характера. Хозяева этой экономической власти, в силу богатства, достигли той стадии, когда они навязывают свои международные институты. К сожалению вывод состоит в том, что ни один политический орган в настоящее время не в состоянии справиться с этим конгломератом торговцевбанкиров, которые осуществляют абсолютную власть.

«Как мы туда попали?» ..  это долгая история, состоящая из борьбы, контрборьбы и значительного количества отречений.

С самого начала зарождающаяся и амбициозная каста торговцев-банкиров совершила двойную революцию (в прямом смысле этого термина), состоящую, с одной стороны, из концептуальных усилий, направленных на ликвидацию политической «власти» на месте и с другой стороны, внедрения, страна за страной, учреждений, способных централизовать и управлять денежными массами в обращении. Другими словами, двумя основными инструментами, используемыми экономической властью для выхода до уровня политической власти, были: во-первых, разработка и распространение принципа «разделения властей» и, во-вторых, создание ” центральных банков „. Французы сыграли главную роль в концептуальном и институциональном осуществлении этих двух элементов массового уничтожения народов и государств. Кажется справедливым, в свою очередь, что Французский народ устанавливает концептуальные меры, которые позволят восстановить государства в политическом смысле этого термина, и привести их в нормальное функционирование. Однако в данном контексте в настоящее время, к сожалению, мы не должны рассчитывать на то, что французский народ будет внедрять эти новые концепции на государственном уровне. Мы к этому ещё вернемся …

Итак, первым средством, установленным держателями экономической силы в их стремлении к власти, является принцип, известный как «разделение властей», введённый в теорию Чарльзом Луи де Севатом бароном де Монтескье. Этот принцип имел пространственно-временный успех, который вы знаете. Будучи общепризнанным как единственное правовое средство ограничения власти, оно позволило обеспечить общую стандартизацию режимов правления всех стран мира; что делает возможным переход к высшей стадии мирового правительства.

Разделение властей, ошибочно представленное как «ограничение» власти, на самом деле является «роспуском» власти. Чтобы убедиться в этом, необходимо вернуться к первостепенному значению слова «политика» и вспомнить, что правительство – это структурная организация, позволяющая реализовать «политику». В первоначальном смысле «политика» – это искусство организации жизни города. Другими словами, «политика» должна регулировать индивидуальное поведение таким образом, чтобы оно было совместимо с групповым поведением и социальным поведением. Поэтому «политика» обязательно сопровождается полномочиями контролировать законы, применяемые на ее территории, осуществлять правосудие и применять меры ограничения, для обеспечения целостности группы. Если устранить у  «политической власти» законодательную и судебную функции, то власть просто теряет свой политический смысл. Также если убрать от правительства контроль над своей валютой, которая является одним из средств обеспечения целостности общества, вы получаете текущую ситуацию, когда государства перестали быть политическими единицами, а превратились в субъекты, служащие скрытой экономической власти.

Следует добавить, что принцип «разделения властей», который был предназначен для старой политической власти, будет ликвидирован, как только он исчерпает свою функцию, и новая власть может быть выражена в открытой

форме. Действительно, мы являемся свидетелями этой эволюции в строительстве Европы, что является первым шагом на пути к новому мировому порядку, где принцип разделения властей открыто исчезает. Очевидно, что «разделение властей» не будет применяться мировым правительством будущего.

Второе средство, установленное держателями экономической силы в их стремлении к власти, – это централизация монетарных вопросов в их руках. Система денежной централизации в руках банкиров, которую мы будем здесь называть – для удобства понимания – «системы центрального банка», зародилась в Нидерландах, совершенствовалась в Англии и во Франции, прежде чем распространиться во все страны мира. Как следствие, система центрального банка стала более разнообразной и сложной. Большинство центральных банков мира, из них шестьдесят наиболее крупных, теперь управляются и регулируются Банком международных расчетов (BIS на английском языке), расположенным в Базеле. Это банковское и финансовое учреждение, созданное в 1930 году по случаю «плана Юнг», первоначально было задумано как юридическое лицо публичного права, сопоставимое с государством, но, разумеется, без функции социального регулирования. Для анекдота, который далеко не единственный в своём роде, именно финансовые потоки (через многочисленные кредиты), проходящие через BIS, финансировали нацистские военные усилия и позволили наступление третьего германского рейха.

«Система центрального банка» была дополнена в 1944 году появлением международных банковских учреждений, таких как МВФ и Всемирный банк во время Бреттон-Вудского соглашения; тем самым, создавая, так называемый международный финансовый порядок. Эта финансовая система пользуется поддержкой многочисленных международных, региональных и межнациональных банковских организаций, таких как Международный банк реконструкции и развития (BIRD, 1944 года рождения в Бреттон-Вудсе), Европейский инвестиционный банк в 1958 году), Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР, созданный в 1991 году), Банк развития Совета Европы (КСР), созданный в 1956 году … Не говоря уже о различных учреждениях все более интегрированной финансовой системы Европейского союза. В дополнение к этому, многочисленные банковские и финансовые учреждения, благодаря политике процентных займов, вводят в зависимость все больше и больше территорий и стран мира. Это размещение под глобальный финансовый контроль государств скрывается за политикой «доброй воли» перестраивать и улучшать территории. Здесь следует отметить, что скрытие фактической реальности за понятием «добрая воля» – это метод, традиционно сопровождаемый сторонниками экономической власти для достижения своих политических целей.

В этом отношении и в соответствии с извращенной методологией, обычно используемой правящей экономической кастой, я должна предупредить аудиторию против вводящей в заблуждение толкования происхождения европейского строительства. Да, эта конструкция была сделана в контексте господства американского мира 20-го века, но это не американский продукт в строгом смысле этого слова. Ибо следует признать, что Американская империя была и остается лишь олицетворением глобальной экономической и финансовой власти. Эта власть, которая стала политически осознавать себя в эпоху «Просвещения», последовательно воплощалась в британских, а затем в Американских империях; Соединенные Штаты Америки были в двадцатом веке, а британская корона была в девятнадцатом веке: материализация растущей власти финансовых банкиров. Не исключено, что держатели мировой финансовой власти выбрали Китай как новую промежуточную империю, предшествующую конкретному прибытию мирового правительства. Однако их планы могут быть сорваны политической властью Китая, которая, например, запрещает на своей территории платформы криптовалют и, как представляется, неустанно продолжает в течение нескольких лет непримиримую борьбу с коррупцией. Будущее покажет нам, будет ли Китай третьей или последней глобальной империей, которая предшествует появлению Нового Мирового Порядка, то есть универсальной диктатуры …

Европейское строительство, чье техническое происхождение восходит к XIX веку, было задумано кругами, работающими над господством мировой экономической мощи. Европейское строительство является испытательной лабораторией, это первый шаг к интеграции того, что станет неизбежным в XXI веке, если никто всерьез не возразит против него, мирового правительства. Опыт европейской интеграции, который носит название Европейского союза, позволяет держателям экономической власти проверять in vivo на европейском континенте, что будет обобщено во всем мире и будет представлять собой условия функционирования мирового правительства. Не нужно обманываться!

Я могла бы подробно рассказать о нынешнем увлечении криптовалютами в соответствии с технологией blockchain, о функционировании глобальной экономической цепи в том смысле, что транснациональные корпорации сделали все возможное, чтобы поставить государства в экономическую зависимость. Однако эти долгие разработки не адаптированы к формату  данного устного выступления. Я могла бы также объяснить вам ряд технических последствий, с точки зрения правительственной организации, при устранении принципа «разделения властей». Но и здесь нам понадобится время, которое несовместимо с общими требованиями этой презентации. Позвольте мне лишь упомянуть, что если статья 13 настоящей российской Конституции находится в стадии обсуждения, то прежде всего ее статья 10 должна быть подвергнута сомнению; потому что «разделение власти», предполагающее «растворение» власти, создает политическую проблему, которая неразрешима для всех государств, которые ее приняли. Спорная статья 13, которая добавляет последний гвоздь к гробу «власти», на самом деле является лишь вторичным проявлением реальной политической проблемы.

Для обсуждения остальных технических деталей, назначаю вам встречу в другой обстановке…

Я завершаю эту презентацию, подчеркивая, что ЗАКОН является средством, с помощью которого мы либо будем приближаться к появлению единого мирового правительства, либо будем прекращать этот процесс умерщвления и предпринимать эффективную борьбу с экономическими аспектами политической власти.

Абсолютно очевидно, что простое знание правовых методов противостояния этому принципу недостаточно. К этому необходимо добавить подлинную политическую решимость, которая сама по себе позволит реализовать эти методы. Эту политическую волю не следует искать в западных странах, которые сами не способны на политическую и социально-культурную борьбу; пробуждение БРИКС в этом отношении должно считаться потенциальной надеждой, учитывая, что противник является очень мощным и сильным…

Дамы и господа, благодарю вас за внимание, которое вы оказали этой презентации.