ИТОГИ 2017 И ПРОГНОЗ НА 2018: ЕВРОПА

16:37, 1 ianuarie 2018 | Actual | 329 vizualizări | Nu există niciun comentariu | Autor:

Популистский момент 2017 год

Европейское политическое пространство в 2017 году претерпело глобальные изменения. Партии, маргинализированные правящими элитами и системной четвертой властью (названные либеральными СМИ популистскими), стали обретать солидный политический вес.

Особенно сильно это проявилось во Франции (президентские выборы), Австрии и Германии (парламентские выборы). В начале года политологи ожидали смену политических элит в Европе и называли вполне вероятным «эффект Трампа» в странах западной Европы (приход популистских лидеров к власти прогнозировался в Голландии, Франции, Германии). Однако после неоконсервативного поворота (или обнажения основной идеологической матрицы президента США) формула «эффект Трампа» представляется нам не совсем корректной.

Более подходящий термин для характеристики политического сдвига в Европе- «популистский момент». Сам термин был разработан бельгийским политическим философом Шанталь Муфф и означает ситуацию, когда народные массы (угнетаемый рабочий класс в социалистической оптике) начинают сопротивление диктатуре элит. Момент оформления восстания народа в политическую волю называется популистским моментом.

Показательным проявлением популистского момента стали французские президентские выборы. Во втором туре два кандидата представляли две политические повестки: патриотизм, реализм в Международных Отношениях в лице Ле Пен и глобализм и либерализм в Международных Отношениях в лице Макрона.

Марин Ле Пен удалось выйти во второй тур, оставив позади как системного правого политика Фийона (довольно про-российского в своей внешнеполитической программе) и левого оппозицонера Меланшона. Столкновение Ле Пен – Макрон буквально открыло том новой политической истории Франции. Причина в следующем: и Ле Пен, и Макрон отказались от позиционирования себя в классической модели левые/правые, каждый из них сформировал новый, уникальный полюс: Ле пен стала представлять народ (лозунг ее предвыборной кампании – au nom du peuple = во имя народа), в то же время Макрон, объявив себя ни левым, ни правым, стал «выдвиженцем» глобалистского лобби, представителем ультралиберальных элит и идеологии ( в стиле его покровителя Жака Аттали или покойного Пьера Берже, выступающих за отмену идентичности (особенно европейской) и переходу к номадическому обществу, пространству атомарных индивидов).

В результате информационной кампании, развернутой глобалистским лобби против Ле Пен и многочисленным призывами ведущих либеральных политических деятелей (от социалистов до республиканцев) не голосовать за Ле Пен, президентом Франции стал Макрон. Интересно, что характер его победы можно навать нигилистическим – многие проголосовали за него для того, чтобы не допустить прозванную в СМИ «радикальной экстремистской» Марин Ле Пен. Важным нам кажется также тот факт, что предвыборная программа Ле Пен включала в себя как правые политические ценности (антимиграционная политика, борьба с терроризмом, принцип «Франция first»), так и левые экономические (социальная справедливость, отход от правого капитализма Жан-Мари Ле Пена). После поражения на президентских выборах в партии Ле Пен начались внутренние разногласия и споры по поводу будущего политического курса и стратегии. Это существенно ослабило партию на парламентских выборах в июне 2017 года (по результатам второго тура, который прошел 18 июня, Национальный Фронт получил всего 8 мест в национальном собрании Франции, в то же время движение Макрона «Вперёд, Республика» – 306). Важно отметить также ослабление позиций левых партий: по результатам парламентских выборов левые (социалисты + радикальная партия левых) получили 45 мест. Правоцентристские партии (республиканцы, союз демократов и независимых + другие правые) получили около 350 мест.

Среди причин подъема популистских сил можно назвать  приход Трампа к власти и возможное ослабление глобалистской доминации в мировом политическом пространстве.

Как уже было отмечено ранее, популистский момент ожидался также и на парламентских выборах в Голландии (15 марта 2017 года): Партия Свободы Герта Вильдерса имела все шансы занять первые позиции в политическом пространстве Нидерландов. Однако здесь «эффект Трампа» дал сбой – и лидера Партии Свободы «обыграл» Марк Рютте. Народной партия за свободу и демократию получила на этих выборах 32 места в парламенте (в 2012 году – партия получила 41 место). Партия Вильдерса получила 20 мандатов в парламенте (на прошлых выборах было всего 15). Для предотвращения победы Вильдерса премьер-министр за некоторое время до выборов стал создавать альянсы с другими партиями для блокировки победы Вильдерса.

Основным тезисом предвыборной программы Герта Вильдерса являлся тезис о необходимости проведения Нидерландами жесткой антиимиграионной политики (вплоть до введения запрета на иммиграцию из мусульманских стран). Интересно, что часть предвыборной программы Рютте взял из программы Вильдерса. Либерал-демократ и апологет ЕС Рютте добавил в предвыборную программу критику миграции. В рамках предвыборной кампании премьер-министр даже заявил, что «мигранты должны либо вести нормально, либо уйти». Рютте в Голландии за смену тональности политической программы стали называть «политическим хамелеоном».

Выборы в Голландии также показали зыбкость популярности левых партий. Их показатели крайне низкие. Вильдерс результаты выборов оценил положительно. «Наше влияние огромно. Наша патриотическая весна только начинается,» – заявил политик.

Существенный сдвиг в политическом пространстве произошел и в Германии. Так, молодая партия «Альтернатива для Германии», на парламентских выборах 24 сентября заняла третье место, получив 94 места в бундестаге (из 709), в то время как позиции и Меркель, и Шульцаа значительно ослабли. Партия «Альтернатива для Германии» выступает против миграционной политики ЕС, депутаты партии придерживаются правоконсервативных традиций и подвергают резкой критике глобалистскую риторику Меркель. Помимо этого эта партия – единственная в Германии, призывающая отменить санкции против Российской Федерации, называя их угрозой немецкой экономике.

Интересно отметить также то, что нового правительства в Германии так и нет, канцлер все еще действует по старому мандату. В ноябре, после почти двух месяцев переговоров, стало ясно, что Меркель не удалось создать коалицию большинства. В этом году Христианско-демократический союз показал худшие результаты с…1949 года!

Таким образом, в правительстве Германии на данный момент сложилась довольно сложная ситуация: отсутствие правящей коалиции грозит возможными новыми выборами. Согласится ли на них пойти Меркель, чьи позиции сегодня ослаблены как никогда результатами неграмотной миграционной политики? По последним данным опроса YouGov более 47 % опрошенных хотят, чтобы Меркель ушла с поста канцлера (до следующих национальных выборов 2021 года).

Популистский момент также сбылся и на пространстве соседней Австрии – так, на парламентских выборах, которые прошли 15 октября, Австрийская партия свободы заняла третье место, получив 51 место в национальном совете. Для сравнения, правящая Социал-демократическая партия – получила 50 мест.

Интересным оказался и сдвиг всего политического пространство в сторону правого конерватизма: Австрийская народная партия, возглавляемая министром иностранных дел Себастианом Курцом заняла первое место после того как де факто скопировала программу АПС. Курц, отличающийся жесткой антимиграционной политической программой и критическми отношением к ЕС, стал самым молодым в Европе главой правительства. По мнению Курца введение квот по приему беженцев не является «ответом» на миграционный кризис, а является неправильным и необдуманным решением. Самым неожиданным событием года в австрийской политике стало создание коалиции партии Курца с «Партией Свободы». Хайнц-Кристиан Шрахе стал вице-канцлером и получил портфель министра спорта, его однопартийцы заняли важные посты (пост министра внутренних дел – Герберт Кикль, генеральный секретарь партии, и пост министра обороны – Марио Кунасек). МИД Австрии возглавила Карин Кнайссль, специалист по геополитике Ближнего Востока (ее кандидатуру выдвинули представители Партии Свободы, однако она сама не является членом какой-либо партии). Интересно, что Кнайссль придерживается критической позиции в отношении ЕС и неоднократно критиковала политический курс Ангелы Меркель, а ее первые визиты будут в страны Вышеградской группы. Согласно изданию Kurier министр иностранных дел первую деловую поездку в 2018 году совершит в Братиславу, столицу Словакии.

Vezi și  Thanks, corporate news!

Безусловно, альянс Курца и Штрахе вызвал недовольство у либеральных политиков, апологетов ЕС. В соседней Германии, заместитель председателя франции СДПГ в бундестаге Ахим Пост заявил в интервью Welt о появлении «новой Австро-Венгрии. « С канцлером Курцем, буршем Штрахе и поджигателем Орбаном Австрия вальсирует вправо. Прощай, счастливая Австрия!»

«Популистский поворот» может произойти в 2018 году в Италии. Парламентские выборы в Италии состоятся 4 марта 2018 года. 28 декабря президент Италии подписал указ о роспуске парламента

«Популистский поворот» может произойти в 2018 году в Италии. Парламентские выборы в Италии состоятся 4 марта 2018 года. 28 декабря президент Италии подписал указ о роспуске парламента. По опросам общественного мнения, движение «пять звезд» может занять первое место. Позиция движения в отношении ЕС крайне негативная: лидер движения Беппо Грилло неоднократно заявлял о том, что Италия должна выйти из еврозоны. Довольно неплохие шансы на хорошие результаты и у правоконсервативной партии «Лига Севера», которая может войти в коалицию с партией Forza Italia (которую поддерживает Берлускони). Однако на данный момент вероятна ситуация, что ни одна из партий на выборах не сможет получить парламентское большинство и тогда начнутся долгие и довольно непростые переговоры о создании коалиции. Издание Financial Times называет эти выборы серьезным «испытанием» для Италии: победителю будет трудно сформировать правительство, это станет причиной политической и экономической нестабильности.

Великобритания в 2017 году запустила процесс Brexit-а. 2 февраля 2017 года правительство опубликовало «Белую книгу», в которой описан план выхода из ЕС: в ней описана стратегия выхода из ЕС и взаимодействия с ЕС в политической, экономической и миграционной сферах. Из ЕС Великобритания окончательно выйдет 29 марта 2019 года. В 2018 году запустятся переговоры о «переходном периоде» в сотрудничестве ЕС и Великобритании после Brexit: в конце мая 2018 года на саммите ЕС ожидается принятие положений, которые станут основной нового торгового соглашения. Сложности в Brexit-e также связаны с тем, что Брюссель требует все больших выплат за выход Великобритании из ЕС: цена «выхода» возросла чуть ли не до 100 млрд евро (Лондон согласен на половину).

На досрочных парламентских выборах в Великобритании тори заметно ухудшили свой предыдущий результат. Сами выборы были инициированы Мэй для усиления позиций партии в парламенте, однако дали немного обратный эффект. Виной тому непродуманные и непопулярные обещания консерваторов в предвыборном манифесте, затронувшие работы социальных служб и сферу образования. В то же время лейбористы ввели в свою предвыборную программу обещания введения бесплатного высшего образования, что не могло не подкупить молодой электорат. Итогом выборов стала потеря консерваторами мест в парламенте (с 330 до 318 мест) и парламентского большинства (для него необходимо иметь 326 мест в парламенте). Некоторые ожидали и отставку Мэй. Зыбкими позиции Мэй сделали также и теракты, которые унесли более 35 жизней, более 300 человек были ранены. Лейбористы получили 26 место в парламенте. На третьем месте оказалась Шотландская национальная партия (35 мест). Такая ситуация «подвешенного парламента» привела к тому, что тори вынуждены вынуждены были создать коалицию с североирландской Демократической юнионистской партией (их 10 мест дали консерваторам парламентское большинство). Не исключена и смена лидера тори (среди преемников называют Дэвиса, Хэммонда и Джонсона).

Атлантистский реванш в Восточной Европе

Несмотря на масштабный кризис ЕС правительства некоторых стран Восточной Европы стремятся войти в состав Евросоюза. Так для Албании 2018 год станет решающим. С 2014 года у этой страны – статус страны-кандидата на вступление в ЕС. В феврале ожидается представление еврокомиссией новой стратегии евроинтеграции для Балкан. В 2017 году на парламентских выборах в Албании победу одержала социалистическая партия премьер-министра Эди Рамы, ориентированного на евроинтеграцию. Выборы проходили в напряженных условиях: в течение трех месяцев демократы проводили акции протеста и бойкот против действовавшего социалистического правительства, которое обвиняли в коррупции. Конфликт между социалистами и демократами был решен после вмешательства главы госдепа США и спецпосланцев ЕС: итогом стал компромисс – демократы получили посты руководителей региональных избирателей комиссий, а также заняли 6 должностей в кабинете министров.

В 2017 Черногория стала 29-м членом НАТО. Этому предшествовали многомесячные массовые протесты населения. Укрепление альянса на Балканах – крайне негативный для России процесс. Премьер-министр Черногории Душко Маркович отметил, что «европейская интеграция является ключевым приоритетом Черногории». Вступление в ЕС, по мнению премьер-министра, может произойти в ближайшие 4-5 лет.

По прогнозу Юнкера помимо Черногории в ЕС до 2025 года вступит и Сербия. Президентские выборы 2017 в Сербии, в результате которых победу одержал Александр Вучич, стали также «атлантистским реваншем» в Восточной Европе. Вучич взял курс на евроинтеграцию и сближение с НАТО. Интересно, что его другом и деловым партнером является Мило Джуканович, бывший премьер-министр Черногории, который вопреки народной воле активно способствовал вступлению Черногории в НАТО.  Показательно, что премьер-министром Вучич сдела открытую лесбиянку Анну Брнабич, связанную с западными фондами.

Одновременно Вучич продолжает заигрывать с Китаем, продолжающим инвестировать в проекты в Сербии, и с Москвой. Так в 2017 г . Россия поставила Сербии 6 истребителей МиГ-29. В следующем году планируется передача 60 единиц бронетехники.

В непризнанной республике Косово в сентябре 2017 года прошли парламентские выборы. В результате премьер-министром стал военный преступник, бывший командир Армии осовобождения Косово Рамуш Харадинай, которого Сербия объявила в международный розыск. Хотя Харадинай худшая фигура для переговоров, вполне вероятно предоставление в 2018 году еще большей автономии с вероятностью дальнейшего признания суверенитета со стороны Белграда.

В Болгарии на досрочных парламентских выборах 2017 года победила проевропейская партия ГЕРБ («Граждане за европейское развитие Болгарии»). Второе место заняла социалистическая партия, ориентированная на сотрудничество с Россией.

Vezi și  RESULTS OF 2017 AND PROGNOSIS FOR 2018: EUROPE

В Македонии в мае 2017 года по итогам парламентских выборов 2017 г. было сформировано прозападное правительство под руководством лидера социал-демократов Зорана Заева. Хотя его партия пришла второй, а первое место заняли патриоты из ВМРО-ДПМНЕ („Внутренняя македонская революционная организация-Демократическая партия за македонское национальное единство”) Николы Груевского, Заев, сформировал коалицию с албанской партией ДУИ („Демократический союз за интеграцию), и таким образом получил пост премьера.

Так завершился длившийся почти два года македонский политический кризис, в течение которого прозападная оппозиция проводила массовые акции протеста с целью свержения неугодного правительства. Под угрозой планы проведения ветки „Турецкого потока” из Грециии через Македонию в Сербию.

Заев объявил курс на вхождение страны в НАТО и с этой целью начал переговоры с Грецией. Дело в том, что Афины блокируют приём Македонии в организацию, считая, что название страны, дублирующее название соседней греческой провинции должно быть изменено. Ни один македонский лидер до Заева не соглашался с этими претензиями. Однако новый премьер-мнистр согласился вести переговоры по этому вопросу и заявил, что готов изменить название страны. Один из возможных вариантов – Центральнобалканская республика.

Вполне вероятно, что в 2018 году руководство Македонии может попытаться изменить название страны, что вполне может вызвать акции протеста и дестабилизацию ситуации. Ещё одним дестабилизирующим фактором является давление соседней Болгарии. Существуют планы признания Македонской церкви, самовольно отколовшейся от Сербской ещё в 1960-х через признание Церковью-матерью Болгарской церкви. Крое того, дальнейшая дестабилизация в Македонии грозит распадом государства, котрое может быть поделено между Болгарией и Албанией.

Ситуация в Боснии и Герцеговине в течении 2017 года оставлась относительно стабильной. В июле 2017 года президент Республики Сербской Милорад Додик заявил, что не будет проводить в 2018 году референдум о независимости и возможном выходе своей страны из состава Боснии и Герцеговины.  Однако в октябре 2017 года и парламент и президент Республики Сербской сдедали заявление относительно невозможности вступленяи в НАТО, после того как Сараево посетил генеральный секретарь Альянса Йенс Столтенберг.

В 2018 году в стране ожидаются всеобщие выборы. Избирать будут органы власти: парламент и президента Республики Сербской, и президента и парламент Федерации Боснии и Герцеговины, а также трех членов Президиума Боснии и Герцеговины и парламент Конфедерации. Два наиболее влиятельных лидера страны – мусульманин Бакир Изетбегович, член президиума конфедерации и президент Республики Сербской Милорад Додик постараются сохранить своё влияние, хотя и не смогут выдвигаться на третий срок. Стоит обратить внимание, что если позиции Додика, поддерживаемого Россией сильны, кроме того пришедшая к власти в Австрии Партия Свободы также на его стороне, то позиции Изетбеговича ослабли. Он потерял доверие Турции после того как не выполнил требования Эрдогана о закрытии гюленистских школ в Боснии. Сейчас Изетбегович опирается только на США и Саудовскую Аравию.

В Боснии и Герцеговине растут дезинтеграционные тенденции. Так Додик продолжает заявлять, что конфедерация – несостоявшееся государство. В 2017 году хорватская партяи „Хорватский анциональный конгресс” призвала к созданию особого хорватсокго национального образования в рамках БиГ. В 2018 гоуд эти тенденции усилятся, возможна даже коалиция между сербскими и хорватскими лидеарми при поддержке Австрии.

В начале года Румынию сотрясли протесты: против социал-демократического правительства Сорина Гриндяну на улицах развернулись масштабные акции. Формальной причиной протестов стало намерение правительства помиловать осужденных по ряду статей уголовного кодекса (в тч по статьям о коррупции и превышении полномочий). Протесты длились около месяца – их итогом стал призыв президента Румынии Клауса Йоханниса к правительство  уйти в отставку. Однако этого не произошло. Протесты были поддержаны Еврокомиссией. Помимо этого в протестах ключевую роль играли НКО, связанные с фондом Сороса (в сумме Сорос выделил на Румынию около 200 млн долларов), а его влияние в Румынии довольно высоко. В Румынии есть разветвленная сеть структур Сороса  Консультативный центр Сороса по вопросам образования, Союз возрождения Румынии, Центр партнерства и равенства, Центр экономического развития, Ассоциация прав человека в Румынии – Хельсинский комитет (APADOR-CH), Центр по правам человека итд). Вместе эти организации  образуют Soros Open Network Romania, Таким образом в 2017 году в Румынии была попытка проведения очередного “Майдана” с целью свержения социал-демократов. Стоит отметить, что правительство Гридяну было сформировано по итогам парламентских выборов 2016 года. До этого страной управляло правительство „технократов”, в значительной степени состоявшее из людей Сороса.

Помимо этого атлантистский «реванш» проявляется и в Греции: так, в конце года (5 декабря 2017 года), в столице Кипра Никосии министры энергетики Кипра, Греции и Израиля заявили о строительстве газопровода, по которому газ из израильского месторождения «Левиафан» будет транспортироваться через Кипр и Грецию в ЕС по дну Средиземного моря. К газопроводу, как отметил министр энергетики Израиля Юваль Штейниц, может подключиться в будущем Египет и Кипр, на шельфе которых также найден газ. Даный проект является альтернативой «Турецкому потоку», который крайне невыгоден США особенно после неудавшегося проамериканского военного переворота в 2016 году (путч Гюлена).

 

Вышеградская группа  – полюс формирования альтернативной Европы?

В то же время другие страны восточной Европы (в особенности вышеградская группа, состоящая из Чехии, Словакии, Венгрии и Польши) начали проводить политику автономии от ЕС.

На парламентских выборах в Чехии победу одержал популист Андрей Бабиш (партия ANO получила почти 30 % голосов), призывающий пересмотреть санкции против РФ. Интересно, что в своей политической программе он сочетает левые и правые политические проекты. Он выступает за сокращение налогов, против введения в стране евро, критически отзывается о евросоюзе и перспективах евроинтеграции, негативно оценивает миграционную политику ЕС. «Меня называют опасностью для демократии, но „демократия“ — насколько ее понимают традиционные партии — есть коррупция», —  отметил Бабиш в одном из интервью. Его часто сравнивают с Берлускони и Трампом, а некоторые противники даже назвали его «Бабискони».

Польские власти в 2017 стали проводить реформы, напрямую вступающие в противоречие с основами ЕС: в Польше была проведена судебная реформа, нарушающая принцип разделения властей (в результате этой судебной реформы правящая партия «Право и справедливость» получила контроль над судами – а именно право через парламент назначать членов Верховного суда). «Мы хотим великую Польшу. Мы не хотим «Европы двух скоростей» – принцип деления, который оставляет какие-то страны позади,» – подчеркнул премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий. Критические настроения царят и в отношении миграционного курса ЕС. Итогом политики, которую проводила Польша в 2017 году, стало то, что ЕС впервые за всю историю своего существования запустил санкционную процедуру в отношении страны-члена ЕС Польши. Итогом санкций может стать лишение Польши права голоса в Совете ЕС. Против этого резко выступил премьер-министр Венгрии, заявив, что Венгрия будет блокировать любые действия ЕС по прекращению права голоса Польши в ЕС.

Vezi și  ПРОГНОЗЫ 2018: АЗИАТСКО-ТИХООКЕАНСКИЙ РЕГИОН И ЮЖНАЯ АЗИЯ

Венгрия в 2017 году стала своего рода лидером Вышеградской группы и камертоном для членов вышеградской четверки, особенно в вопросе приема беженцев по квотам. Итогом стало то, что европейская комиссия подала иск против Венгрии, Польши, Чехии в суд ЕС в связи с отказом принимать мигрантов. Закон об образовании (ужесточение правил присуждения дипломов для иностранных вузов) и о некоммерческих организациях, получающих финансирования из-за рубежа (необходимость отчета об источниках дохода и упоминании о финансировании во всех публикациях) также вызвали недовольство у элит ЕС. В 2017 году Орбан запустил масштабную кампанию против Сороса. Именно Сорос, по мнению Орбана, стоит за европейским миграционным кризисом и за попытками дестабилизировать Венгрию. Орбан также отметил, что венгерские НКО, получающие финансирование от Сороса, будут осуществлять вмешательство в парламентские выборы, которые пройдут в Венгрии уже в апреле 2018 года. По предварительным опросам на них первое место займет правящий альянс «Фидес»- Христианские демократы (около 47% по опросу службы Nézőpont).Второе место может занять националистическая партия «Йоббик» (опросы свидетельствуют о возможных 19% голосов). Центральным тезисом предвыборных программ партий будет тезис о необходимости отстаивать суверенитет Венгрии перед лицом миграционного кризиса.

 

В другой стране вышеградской группы, Словакии, растет недовольство санкционной политикой ЕС в отношении России. Так премьер-министр Словакии Роберт Фицо заявил, что санкции против России имеют негативное воздействие на экономику стран Евросоюза. В то же время Совет Евросоюза продлил санкции против России до 31 июля 2018 года.

В середине декабря члены Вышеградской группы сообщили о намерении вложить 35 млн евро в укрепление границ ЕС.

В 2018 году ожидается укрепление Вышеградской Группы, к ней также может присоединиться и Австрия: ведь по своим взглядам Курц куда ближе к Орбану, нежели к руководству ЕС.

Североевропейский атлантизм

Страны Северной Европы в 2017 году демонстрировали всё больший крен в сторону европейского атлантизма. Норвегия – член НАТО продолжила программу масштабного перевооружения, первые два американских самолёта F-35.

Швеция продолжила усиление взаимодействия с НАТО. Формально оставаясь нейтральной страной, она заявила об увеличении военного бюджета и провела учения с НАТО в сентябре 2017 года на острове Готланд и прилегающих водах, а также в районе озера Меларен, отрабатывая отражения возможной атаки с Востока.

Финляндия весь 2017-й год отмечала столетие независимости. Страна участвовала в совместных учениях с НАТО, как и её соседка Швеция, в том числе тех, что шли на шведской территории. Впрочем на переговорах президентов Владимира Путина и Саули Ниинистё в июле 2017 г. в финском городе Савонлинна стороны обсудили и возможное сотрудничество – строительство АЭС «Ханхикиви». Из стран Северной Европы Финляндия остаётся наиболее близкой к России.

Дания в 2017 году провела через парламент законопроект, позволяющий ей не дать провести через свои территориальные воды газопровод „Северный поток-2”. Тем самым страна выступила на стороне США и старн Восточной Европы, стремящихся подорвать проект, должный сблизить Россию и Европу, прежде всего Германию.

Каталонский кризис и европейский регионализм

1 октября в Каталонии прошел референдум об отделении Каталонии от Испании. На признанном незаконным Мадридом голосовании более 90% респондентов (2 044 038 человек) высказались за независимость Каталонии. На референдум был вынесен следующий вопрос: «Хотите ли вы, чтобы Каталония была независимым государством в форме республики?».

Но Каталония, несколько месяцев пребывающая в состоянии «кота Шредингера», так и не отделилась, а лидер протестов – Пучдемон, попросту, сбежал. Сама война за независимость Каталонии длится уже несколько веков: свою независимость Каталония потеряла в 1714 году после войны за испанское наследство. Одной из причин отделения является то, что Каталония (с населением в 16 процентов от общего населения) дает четверть валового национального продукта страны, а в национальный бюджет Испании платит на 16 млрд евро больше, чем получает обратно. Помимо этого существует лингвистические и культурные отличия.

27 октября 2017 года парламент Каталонии объявил о независимости Каталонии от Испании, испанские власти заявили о приостановлении действия автономии и вводе прямого правления в Каталонии. 21 декабря 2017 года в Каталонии прошли досрочные парламентские выборы, на которых победили сторонники независимости региона. Интересно, что лидер протестов и движения за независимость Карлос Пучдемон, бежавший в Брюссель, замечен в сотрудничестве с фондом Сороса «Открытое общество»: в 2016 году Пучдемон нанял социолога и писателя Джона Рифкина, завсегдатая форумов «Открытое общество» для проведения конференции по каталонскому отделению от Испании.

Каталония стала импульсом к запуску переговоров о предоставлении независимости и другим европейским регионам. Так, итальянские регионы Ломбардия, Венето и Эмилия-Романья начали переговоры с Римом о расширении своих полномочий (сокращении налогов и отчислений в пользу Рима), также область Южного Тироля стремится к воссоединению с Австрией. Схожие с каталонскими процессы могут запуститься и во Фландрии (по мнению властей Фландрии регион фактически тащит на себе отстающую Валлонию), и на французской Корсике – там, альянс «За Корсику» выступает за расширение автономии.

 

Выводы

2017 год показал хрупкость ЕС и необходимость незамедлительных политических трансформаций. Популистский момент буквально начал «сметать» глобалистские фигуры с ключевых постов, и, вероятно, в 2018 году еще покажет свою силу. Наиболее вероятное его проявление – в Италии.

Вышеградская группа, с которой сейчас сближается Австрия может стать полюсом альтернативной Европы. Внутри неё самой после формирвоания правого правительства в Австрии возможно создание „неогабсбурского контура” – континенталистской оси Будапешт-Вена, к которой примкнут Прага и Братислава. Этот контур уравновесит тенденции неоатлантистской Польши к региональной гегемонии и перенесёт внимание на подключение к проектам этого нового европейского полюса стран Балкан – Сербии, БиГ и Хорватии, возможно Македонии, а также Румынии.В последнем случае будет исключительно важным настрой Будапешта на перегоовры.

В 2018 году не будет ослабевать и давление глобалистских сетей на страны восточной Европы (Сербия, Черногория, Албания, Румыния, Республика Молдова). Северная Европа продолжит атлантистский курс, возможно сближаясь с Великобританией, что усилит дезинтеграционные процессы в ЕС.

Источник: geopolitica.ru

Navighează dupa cuvinte-cheie: , , , ,